«РОСАТОМ» / АО «ГНЦ РФ – ФЭИ»

Андрей Капитонович Красин

Андрей Капитонович Красин является одним из основателей Физико-энергетического института. С 1946 г. он был заместителем директора института, а с 1956 г. по 1959 г. его директором.

А.К. Красин родился в Томске 21 мая 1911 г. После окончания в 1934 г. физического отделения Томского государственного университета он поступил на работу в Сибирский физико-технический институт и одновременно преподавал в Томском университете и Медицинском институте. Уже в первые годы работы А.К. Красин проявил склонность к научным исследованиям и в 1939 г. защитил диссертацию на соискание ученой степени кандидата физико-математических наук. Он занимался исследованиями диэлектриков, интересовался астрофизикой.

С 1940 г. служил в Военно-воздушных силах Красной армии. Служба в армии и участие в Великой Отечественной войне временно прервали научную деятельность А.К. Красина. С 1941 г. по 1945 г. он находился в частях связи и радионавигации Авиации дальнего действия, был награжден орденом Отечественной войны II степени и двумя медалями. По запросу И.В. Курчатова в январе 1945 г. майора А.К. Красина отозвали из Действующей армии и направили для работы в Лабораторию №2.

Весной и летом 1945 г. Красин был командирован в Германию для отбора оборудования и материалов для исследований по атомной проблеме.

В ноябре 1946 г. он был назначен заместителем начальника Объекта «В» по научной работе. Одновременно с этой должностью А.К. Красин с 1946 г. последовательно был руководителем группы научных работников, заведующим лабораторией, заведующим научным отделом. В Лаборатории «В» он возглавлял работы, связанные с созданием реакторов на тепловых нейтронах, был руководителем коллектива физиков-экспериментаторов. По поручению А.И. Лейпунского в первые годы становления ФЭИ им проводилась работа по изучению физических и технических свойств бериллия и окиси бериллия, которые тогда считались одними из перспективных замедлителей нейтронов в ядерных реакторах. Первые научные отчеты на эту тему были выпущены в 1947 г.

В это время научным руководителем Лаборатории «В» был Г. Позе. Но большую научно-организаторскую работу выполнял и А.К. Красин. Именно с ним вел переписку заместитель начальника по науке 9-го управления МВД СССР А.И. Лейпунский, курировавший ФЭИ. В качестве примера можно привести одно из поручений А.И. Лейпунского от 17 сентября 1947 г.:

«Заместителю начальника Лаборатории «В» тов. Красину А.К.

Прошу Вас составить технические условия на Be, BeO, B4C. В них должны быть предусмотрены все основные физические и химические характеристики: плотность, допустимые примеси, форма изделий, необходимая точность анализа по разным элементам и т.д.

Эти технические условия необходимы для предварительного ознакомления участников совещания, поэтому прошу Вас в возможно кратчайший срок выслать их в 9-е Управление».

Изучение бериллия в качестве замедлителя стало в первые годы ФЭИ одним из основных направлений научной деятельности А.К. Красина. В 1955 г. на Первую Женевскую конференцию по мирному использованию атомной энергии был представлен доклад «Изучение бериллия, как замедлителя нейтронов» (авторы А.К. Красин, И.Г. Морозов, Л.А. Герасева, А.В. Камаев). В докладе излагались результаты измерений методом реактивности эффективного сечения захвата тепловых нейтронов и данные по измерению длины замедления и длины диффузии нейтронов в бериллии.

В распоряжении исследователей имелось в то время 1500 кг металлического бериллия высокой чистоты. Эксперименты с образцами бериллия были выполнены в период с 1948 г. по 1952 г. на первом советском графитовом реакторе Ф-1 в ИАЭ. Авторы доклада пришли к выводу: «По своим ядерно-физическим свойствам бериллий массового производства является хорошим замедлителем и может быть использован как материал для тепловых реакторов». Бериллий, как замедлитель и отражатель нейтронов, получил наибольшее распространение в исследовательских реакторах. Например, активная зона реактора МИР выполнена из бериллиевых блоков.

Возвращаясь к началу научной деятельности А.К. Красина, вспомним далекий 1947 г. В начале этого года был организован Совет Лаборатории «В» в составе четырех человек, куда входил и А.К. Красин. Об этом говорит приводимый ниже документ:

«Протокол №1 заседания Совета Лаборатории «В» МВД СССР. 25 янв. 1947 года.

Присутствовали:  генерал-майор тов. Буянов,  Красин, Позе, Вайсс,  Кружко.

Повестка дня: Организационное совещание.

Генерал-майор тов. Буянов доводит до сведения, что им принято решение об организации Совета Лаборатории «В» в составе:

Начальника Лаборатории «В» генерал-майора тов. Буянова, заместителя нач. Лаборатории «В» по научной части – кандидата физико-математических наук, доцента Красина, научного руководителя Лаборатории «В» проф. д-ра Позе, заместителя научного руководителя Лаборатории «В» д-ра Вайсс.»

В то время в составе Лаборатории «В» было шесть научных лабораторий: Ядерных процессов, Урановый котел, Искусственной и естественной радиоактивности, Измерительных ядерно-физических приборов, Теоретическая лаборатория, Химическая лаборатория. Кроме того, в состав Лаборатории «В» входили научная библиотека, конструкторское бюро, а также механическая, стеклодувная, слесарно-сварочная и деревообделочная мастерские.

Всего в Лаборатории «В» работали 48 человек научного и инженерно-технического персонала, в том числе 33 немецких специалиста и 15 советских сотрудников. В связи с тем, что физиков-ядерщиков среди них было мало, для научного персонала было прочитано 11 лекций по урановому котлу (лекции читали проф. И.И. Гуревич, Г.Н. Флеров, проф. А.Б. Мигдал).

В июне 1947 г. в связи с уходом первого начальника Лаборатории «В» Л.С. Буянова, в соответствии с указанием зам. министра МВД, А.К. Красин временно, до прихода в том же году П.И. Захарова, был назначен начальником Лаборатории «В». В 1950 г. директором Лаборатории «В» стал Д.И. Блохинцев, а А.К. Красин – его заместителем по науке.

После перехода Д.И. Блохинцева в Объединенный институт ядерных исследований (г. Дубна) А.К. Красин в течение четырех лет (1956-1959 гг.) был директором Лаборатории «В». За время работы А.К.  Красина институт значительно вырос в научном плане и по своим экспериментальным и технологическим возможностям. В этом немалая личная заслуга А.К. Красина.

Наибольшие научные и производственные достижения А.К. Красина связаны с созданием Первой в мире АЭС, когда он был назначен заместителем Д.И.Блохинцева по научному руководству проектом.

В начале 1950-х гг. И.В. Курчатов и Н.А. Доллежаль предложили проект уран-графитового реактора для атомной электростанции. Предварительные физические расчеты были выполнены в ИАЭ П.Э. Немировским и С.М. Фейнбергом. В своей книге «Рождение мирного атома» Д.И. Блохинцев пишет: «В марте 1951 г. И.В. Курчатов предложил передать дальнейшую разработку этого реактора и сооружение на его основе атомной электростанции институту в Обнинске. Это вызвало серьезные дискуссии в Обнинске относительно выбора пути дальнейшего развития института. Что развивать: высокотемпературные реакторы на тепловых нейтронах с замедлителем из окиси бериллия? Реакторы на быстрых нейтронах с жидкометаллическим охлаждением? Или последовать умеренному предложению об использовании пара с давлением 14 атм, что в обычной теплоэнергетике было уже пройденным этапом? В этот период нам еще предоставлялась свобода ответственного выбора. Между тем в научном руководстве института возникли разногласия. Я и А.К. Красин склонялись принять предложения И.В. Курчатова».

В конечном счете, это предложение было принято, и в ФЭИ начались многоплановые научные исследования, для проведения которых необходимо было значительно пополнить институт физиками, теплофизиками, материаловедами, технологами, опытными инженерами.

Подготовка к пуску АЭС началась в первые месяцы 1954 г. А.К. Красин помимо выполнения функций заместителя руководителя проекта, при пусковых работах был одним из главных дежурных физиков. 27 июня 1954 г. АЭС была пущена. Роль Д.И. Блохинцева, А.К. Красина и других специалистов нашего института в создании Первой АЭС была высоко оценена И.В. Курчатовым и руководителями отрасли.

На второй день после пуска АЭС в Президиум ЦК КПСС и Совет министров СССР была направлена докладная записка, которую подписали В.А. Малышев, Б.Л. Ванников, А.П. Завенягин, Е.П. Славский, И.В. Курчатов. Вот некоторые выдержки из нее:

«Рады доложить ЦК Коммунистической Партии Советского Союза и Совету Министров СССР, что 26 июня в 1730 начала работать первая в мире промышленная электростанция на атомной энергии

…Научно-физическая часть атомной электростанции /«АМ»/ разработана в лаборатории “В” Министерства среднего машиностроения под руководством ученых-физиков т.т. Блохинцева Д.И., Красина А.К. и Минашина М.Е. Урановые тепловыделяющие элементы разработаны также в лаборатории «В» /инженер Малых В.А./, с участием завода №12 и НИИ-9 Министерства среднего машиностроения и НИИ-8 Министерства машиностроения и приборостроения.

Конструкция атомного реактора разработана НИИ-8 под руководством т.т. Доллежаля Н.А. и Алещенкова П.И. под научным руководством т.т. Блохинцева Д.И. и Красина А.К…»

Мировая научная общественность также высоко оценила работы советских ученых по созданию Первой АЭС. Д.И. Блохинцев своей книге вспоминает: «В 1955 году в Женеве на первой конференции по мирному использованию атомной энергии тысячная аудитория Дворца науки, нарушая правила процедуры, восторженно приветствовала наше сообщение о пуске Первой в мире атомной станции».

За создание Первой АЭС А.К. Красин в 1956 г. награжден орденом Ленина. А в 1957 г. ему вместе с Д.И. Блохинцевым, Н.А. Доллежалем, В.А. Малых присуждена Ленинская премия.

После пуска Первой АЭС А.К. Красин был научным руководителем проекта уран-графитовых реакторов с ядерным перегревом пара, позднее использованных для первой очереди Белоярской АЭС, а с 1956 г. – работ по созданию транспортируемой АЭС ТЭС-3, позднее построенной на промплощадке ФЭИ.

В 1960 г. Андрей Капитонович избирается действительным членом Академии наук Белорусской ССР, после чего переезжает в Минск. Вместе с ним туда перебираются и некоторые сотрудники ФЭИ. Там он возглавляет отделение атомной энергетики Энергетического института АН БССР. В 1962-1969 гг. А.К. Красин работает академиком-секретарем Отделения физико-технических наук АН БССР, а в 1965 г. назначается директором созданного им Института ядерной энергетики АН БССР. Под его руководством был сформирован крупный научный коллектив, создана материальная база развития нового для Белоруссии научного направления – ядерной энергетики, построен атомный реактор ИРТ-4000 с петлевыми устройствами для проведения исследований в области ядерной энергетики и радиационной химии, крупнейшая в СССР универсальная облучательная гамма-установка, позволяющая широко использовать ядерную энергию в народном хозяйстве республики, лаборатория физических сборок.

В 1977 г. А.К. Красин становится членом комитета АН СССР по проблеме водородной энергетики и возглавляет лабораторию водородной энергетики Института тепло-массообмена им. А.В. Лыкова АН БССР.

Много сил и энергии отдавал А.К. Красин подготовке научных кадров. Его преподавательская деятельность началась в 1933 г. Еще будучи студентом университета, он учил физике рабфаковцев. Работая в Сибирском физико-техническом институте, он одновременно преподавал физику в фармацевтическом техникуме, медицинском институте и Томском университете. Во время работы в ФЭИ он был профессором вечернего отделения МИФИ в г. Обнинске. Большую работу вел Андрей Капитонович и по подготовке научных кадров в Белорусском государственном университете им. В.И. Ленина. Под его руководством подготовлено большое количество докторских и кандидатских диссертаций.

Многие годы А.К. Красин являлся членом редколлегий журнала «Атомная энергия», «Инженерно-физического журнала», главным редактором «Известий АН БССР» (серия физико-энергетических наук). А.К. Красин многие годы был активным пропагандистом научных знаний, выступал с лекциями в печати, по телевидению и радио. Эта важная деятельность ученого отмечена высшей наградой Всесоюзного общества «Знание» – медалью им. С.И. Вавилова. В 1981 г. вышла его книга «Ядерная энергетика и пути ее развития».

За время работы в ФЭИ А.К. Красин оставил о себе память не только как крупный ученый и организатор науки, но и как человек, повлиявший на творческий путь многих молодых сотрудников. Вот как вспоминала начальник лаборатории ФЭИ Ж.И. Иевлева о первых годах своей работы:

«Я приехала в институт в 1948 г., и сначала мое пребывание в нем казалось мне непонятным. Зачем институту, занимающемуся энергетическими задачами, специалист по керамике? Удивлена я была и тем, что Андрей Капитонович направил меня с первых же дней в химическую лабораторию к аналитикам. Зачем? Оказалось, для того, чтобы я научилась работать с чистыми материалами, прочувствовала уровень требований к чистоте материалов, используемых в разработках института. Позже я поняла, что для решения задач, стоявших перед коллективом, потребуется специальная керамика, которой в то время не было.

По инициативе Андрея Капитоновича были организованы мои командировки в Москву и Ленинград в коллективы, возглавляемые известными учеными-керамиками. Во время отчетов по командировкам Андрей Капитонович внимательно слушал результаты работы, часто интересовался и тем, какие музеи, театры удалось посетить, а иногда вызывал на обсуждение увиденного.

Он был эрудированным человеком, интересовался живописью, музыкой и театром. Встреча и работа с таким человеком всегда духовно обогащает».

А вот как в 1997 г. писал об А.К. Красине бывший начальник лаборатории ФЭИ Ю.А. Сергеев:

«С Андреем Капитоновичем я познакомился в первый же день прихода на работу в институт. Было это в середине августа 1952 г. Заместитель директора Лаборатории «В» по научным вопросам А.К. Красин всех прибывавших на работу молодых специалистов, прежде всего, приглашал к себе, расспрашивал о полученном образовании, семейном положении и т.д., и в конце беседы спрашивал, где и по какому направлению хотел бы специализироваться. Первое впечатление об Андрее Капитоновиче, как о внимательном и благожелательном человеке, осталось у меня неизменным.

Очень ценным качеством Андрея Капитоновича было четкое понимание собственных возможностей как руководителя проекта, института и т.д. Он не был глубоким специалистом в реакторной физике, теплогидравлике и технологии. И поэтому без колебаний привлекал к исполнению и руководству работами соответствующих специалистов. Как правило, это была молодежь со стажем работы менее десяти лет.

В.Н. Шарапов
(Из книги: «Физико-энергетический институт: летопись в судьбах» – Обнинск: ГНЦ РФ – ФЭИ, 2006)