«РОСАТОМ» / АО «ГНЦ РФ – ФЭИ»

Отделение ядерных реакторов и топливного цикла

От Первой атомной к энергетике будущего.

История создания БФС

В начале 50-х годов в мире стали сооружать критические стенды для моделирования нейтронно-физических процессов, происходящих в реакторах на быстрых нейтронах.

Была очевидна необходимость экспериментального обоснования запаса и коэффициентов реактивности, эффективности стержней СУЗ, а также КВ или КК – параметров, имеющих фундаментальное значение для быстрых реакторов.

На критсборках строились и изучались модели проектируемых реакторов. А несколько позже появилось направление по корректировке ядерных данных на основе специальных критсборок простейшей геометрии и состава.

В ФЭИ руководство созданием и освоением первого стенда было поручено Фёдору Ильичу Украинцеву и его основным помощникам в то время – Виктору Вьюнникову и Валерию Зиновьеву. Физический пуск критического стенда «БФС-1» состоялся в 1961 году.

Сравнительно скромные размеры БФС-1 не позволяли реализовать полномасштабное моделирование реакторов большой мощности. Но у стенда была уникальная возможность исследовать спектральные распределения нейтронов.

«Стенд был не очень большой. Но у него была особенность, как у лучших стендов на Западе. Он имел импульсный генератор нейтронов, который позволял использовать импульсный режим в измерениях не только спектров нейтронов, но и целого ряда физических характеристик» – отмечает Ю.А. Казанский (в 1967 году – руководитель лаборатория № 68 ФЭИ, с 1985 до 2000 – ректор Института атомной энергетики в Обнинске).

Все быстрые реакторы бывшего СССР моделировались на критических сборках БФС. Это исследовательский реактор на быстрых нейтронах ИБР БОР-60, быстрый реактор БН-350, БН-600, БН-800 и проектирующийся БН-1200. Исследовались такие параметры, как эффективность органов СУЗ, распределения полей энерговыделения, запас реактивности компенсирующей системы, НПЭР, реактивность при разных сценариях разрушения топлива, эффекты реактивности при попадании водородсодержащих материалов в активную зону и другие.

Как бы ни были сложны и совершенны исследовательские инструменты, главное решают люди, специалисты. В истории БФС их было много, всех не назовешь.

Возвращаясь к истокам, следует назвать такие имена: легенду института О.Д. Казачковского, доктора физико-математических наук, за работы по физике быстрых реакторов удостоенного вместе с А.И. Лейпунским, И.И. Бондаренко, Л.Н. Усачевым Ленинской премии; докторов наук, профессоров, лауреатов государственных премий В.В. Орлова и М.Ф. Троянова. Нельзя не назвать Ф.И. Украинцева, В.П. Зиновьева, В.И. Вьюнникова. Инициировал создание вошедшей в комплекс уникальной установки электронного укорителя Ю.Я. Стависский. Долгие годы главным инженером БФС был В.Г. Двухшерстнов.

В 1967 году была образована лаборатория № 68 во главе с Ю.А. Казанским, тогда уже кандидатом физико-математических наук. Вместе с ним пришли уже заявившие о себе молодые сотрудники (в основном кандидаты наук) С.П. Белов (позже - начальник лаборатории), В.А. Дулин (позже - доктор, профессор), А.В. Звонарёв (позже - руководитель лаборатории), А.Т. Баков, В.К. Можаев, В.Г. Двухшерстнов. Вот они-то и организовывали мозговой центр, успешно развернули экспериментальные работы на БФС.

Еще о истории БФС:

Юрий Казанский: БФС – первые полвека (http://www.atominfo.ru/newsa/j0032.htm)
Юрий Казанский: БФС и ведро воды (http://www.atominfo.ru/newsa/j0300.htm)